Новости и медиа
Позиция Ассоциации
«Спишем все долги за неделю»: как отличить честного юриста от того, кто обещает невозможное
С 1 января 2026 года в России действует закон, который прямо запрещает юридическим компаниям обещать клиентам гарантированное списание долгов. Это не случайность и не бюрократическая формальность, а реакция государства на проблему, которая много лет разрасталась вместе с самим рынком банкротства физических лиц.
30 июня 2026
9 мин. чтения
Как рынок дошёл до запрета обещаний
Вместе с самого рынка услуг по банкротству физических лиц стремительно росла и реклама, обещавшая «легальное списание долгов» и «чистую кредитную историю». Как отмечают в разъяснениях прокуратуры, такая реклама годами формировала у граждан искажённое представление о процедуре: акцент делался исключительно на положительном исходе, тогда как расходы на сопровождение, риск продажи имущества и долгосрочные ограничения на получение новых кредитов оставались за кадром.
Ответом стал Федеральный закон от 31.07.2025 № 332-ФЗ, который ввёл в закон «О рекламе» новую статью 28.1 «Реклама услуг, связанных с процедурой банкротства». С начала 2026 года реклама подобных услуг не вправе:
  • содержать гарантии или обещания освобождения гражданина от исполнения денежных обязательств;
  • утверждать о возможности не исполнять денежные обязательства по ежемесячным платежам;
  • утверждать, что государство создало отдельную систему для освобождения граждан от долгов;
  • вообще упоминать о возможности освобождения от исполнения обязательств.
Дополнительно каждый рекламный материал обязан сопровождаться унифицированным предупреждением, текст которого нельзя менять или сокращать: «Банкротство влечёт негативные последствия, в том числе ограничения на получение кредита и повторное банкротство в течение пяти лет. Предварительно обратитесь к своему кредитору и в МФЦ». За нарушение этих требований рекламодателям, рекламораспространителям, владельцам сайтов и редакциям СМИ грозят существенные штрафы за каждый факт нарушения.
Закон решает важную задачу на уровне рекламы. Но проблема добросовестности в этой сфере не сводится к формулировкам баннеров — она глубже и касается всего процесса работы с человеком, который уже находится в уязвимом положении.
Почему одного закона недостаточно
Реклама — только первая точка контакта. Дальше начинается сам процесс: сбор документов, оценка ситуации, ведение дела в суде или через МФЦ. Именно здесь разворачиваются практики, которые не описываются законом о рекламе, но не менее опасны для клиента:
  • обещание сохранить конкретное имущество, включая залоговое, когда правовых оснований для этого нет;
  • рекомендации взять новый кредит, чтобы набрать сумму долга, необходимую для инициации банкротства, или чтобы оплатить услуги самого юриста;
  • советы противодействовать финансовому управляющему или приставам, что напрямую вредит интересам клиента в деле;
  • одностороннее увеличение стоимости услуг уже после заключения договора;
  • отсутствие письменного разграничения между вознаграждением юриста и обязательными судебными расходами — госпошлиной, публикациями в реестре сведений о банкротстве, почтовыми расходами.
Ни один из этих пунктов не запрещён законом о рекламе, потому что относится не к рекламе, а к самой практике оказания услуг. Здесь на помощь приходит другой инструмент — профессиональные стандарты и независимая система оценки участников рынка.
Зачем нужен реестр добросовестных участников
Идея реестра проста: если государство регулирует рекламу, то профессиональное сообщество может взять на себя вторую половину задачи — оценку того, как юрист или компания реально работают с клиентами. Ассоциация по защите прав заёмщиков и должников разработала Стандарт профессиональной деятельности и качества оказания услуг в сфере банкротства физических лиц, на основании которого формируется Реестр добросовестных участников рынка.
Логика Стандарта построена на проверяемых, а не декларативных критериях. Вот на что реально смотрят при оценке специалиста или компании.
Деловая репутация. У соискателя не должно быть вступивших в силу приговоров за мошенничество, преднамеренное или фиктивное банкротство, злоупотребление полномочиями или легализацию доходов, а также административных взысканий за нарушение прав должников за последние три года. Это подтверждается официальной справкой об отсутствии судимости и выпиской из реестра дисквалифицированных лиц ФНС.
Квалификация. Специалист должен иметь высшее юридическое образование или статус адвоката, а стаж работы именно с процедурами банкротства физических лиц — не менее трёх лет.
Подтверждённый результат. Индивидуальный специалист должен иметь не менее 30 успешно завершённых дел с освобождением должника от обязательств за последние три года, компания — не менее 100. Эти данные верифицируются по картотеке арбитражных дел, а не принимаются на слово.
Прозрачность процесса. До заключения договора участник Реестра обязан провести реальный анализ финансового положения клиента, определить оптимальную стратегию — и это может быть не только банкротство, но и реструктуризация или внесудебная процедура через МФЦ, — а также ознакомить клиента с независимой памяткой о правовых и финансовых последствиях процедуры.
Отсутствие конфликта интересов. Участник не вправе одновременно представлять интересы клиента и кредиторов по тому же долгу.
Ключевое отличие такого подхода от рекламной проверки в том, что здесь оценивается не текст объявления, а фактическая история работы: сколько дел доведено до конца, были ли жалобы, соблюдается ли прозрачность в расчётах.
На какие сигналы стоит обращать внимание
Пока институт независимой оценки только формируется, у человека, который выбирает юридическую помощь, остаются рабочие ориентиры, чтобы отличить добросовестного специалиста самостоятельно.
Стоит насторожиться, если специалист:
  • обещает стопроцентный результат ещё до анализа документов — решение о списании долгов принимает исключительно суд, и ни один добросовестный юрист не может гарантировать его заранее;
  • не показывает письменный договор с чётким разделением вознаграждения и обязательных расходов;
  • предлагает взять новый кредит или заём «для набора суммы долга»;
  • уклоняется от вопроса о своём опыте и количестве завершённых дел;
  • советует скрыть часть имущества или не отвечать на запросы финансового управляющего.
И наоборот, признаки добросовестной работы — это письменный договор с прозрачной структурой цены, готовность показать реальную статистику по делам, честный разговор о рисках и альтернативах банкротству, а не только о его плюсах.
Итог
Закон о рекламе решает проблему на входе — он не даёт формировать у человека завышенные ожидания ещё до обращения за помощью. Профессиональные стандарты и независимые реестры решают проблему на всех последующих этапах — от первой встречи до завершения дела в суде. Вместе эти два механизма формируют то, чего давно не хватало быстрорастущему рынку банкротства физических лиц: систему координат, в которой добросовестная работа отличима от манипуляции ещё до того, как человек подписал договор и заплатил деньги.
Ассоциация по защите прав заёмщиков и должников продолжает развивать Стандарт профессиональной деятельности как инструмент, который защищает не только права должников, но и репутацию рынка в целом — в интересах всех его добросовестных участников.